Блаженный Иоанн Богомил

 

Царь-христос Петр III

Русский царь-христос Петр III
Русский царь-христос Петр III

Цари-христы 

 Почему за семью печатями хранится тайна Петра III как народного мессии, царя-освободителя?
Преподнеся другую модель против романовской, он вступил в смертельную схватку с римским деспотизмом, продолжив извечную брань шведской (гиперборейской) и российской (истинно православной) династии против печатей римской волчицы.

Народный царь оклеветан Екатериной, преступницей и самозванкой. Петр III – один из величайших царей-мучеников Второй Голгофы, ключевая фигура в нашей истории – произвел духовный перелом. Романовское содержание переходит в деспозинское солнце. Христы водворяются на русском престоле.


***

 Царь оставил престол и пошел в народ
Калики перехожие разносят весть: после недолгого пребывания в Польше государь-батюшка Петр Федорович пробирается к Уралу, где будет собирать войска.
То, что царь оставил престол и пошел в народ, вызвало у простых людей восторг. Никогда подобного не было в русской истории. Обычно царь собирает войско против народа, усмирять бунты.
Здесь напротив – царь бросает престол и просит у народа помощи против двора. Неслыханно! Неописуемо! Противоречит всем канонам!
Найдя поддержку в русском народе, Петр III совершает духовную революцию. Он желает вернуться как избранный от народа, а не навязанный свыше, принять престол не по романовской, а по шведской традиции как народный монарх.

Не было более популярного в народе царя со времен Ярослава Мудрого. Не только крестьяне, но также бывшие солдаты (из числа тех, которых подвергали зверским экзекуциям в екатерининской армии) и передовые дворяне, предтечи декабристов, недовольные романовским строем, выступили против узурпаторши, злодейки на троне.

 Донские казаки и бывшие крепостные, волжские булгары и башкиры, татары и удмурты, марийцы и мордва, калмыки и русские – больше половины империи встало под знамя Петра III, вдохновляясь его идеалом России новой – светлой, демократичной, солнечной народной монархии.

Гиперборейский архетип глубоко отзывался на идею равенства, свободы и братства в любви христовой, которую нес Петр III. Вот причина, по которой за него поднялись миллионы и не отреклись, даже когда им грозили вечной каторгой, концлагерями и плахой
С 1773 года вся Россия охвачена восстаниями. Тархтария воскресает!
Гранд-Тархтария – против Московии! Возобновляется противостояние славяно-теогамической Руси и византийщины.

 Интересно и то, что за Петром III пошли мусульмане. Одним из любимцев государя был Салават Юлаев, родовитый башкирский тархан (рыцарь) и сэсэн, как назывались в Башкирии народные барды-импровизаторы. По-монгольски тархан (дархан) – свободный человек.

С восторгом воспринял юный батыр весть о царе-освободителе. 
Салават воочию видит перед собой доброго правителя, светлого помазанника, за которого с радостью готов отдать жизь. Впоследствии он посвятит Петру целую поэму, в которой признает своего предводителя самым уникальным русским царем в нашей истории.
Кто-то полагает его мятежником, беглым казаком с Дона... Салават Юлаев обращается  к Петру III в одной из своих баллад:

‘Что бы ни говорили о тебе,

как бы ни лгали, как бы ни клеветали на тебя,

ты – царь, несущий свободу народам.

Я пойду за тобой несмотря ни на что,

хотя бы от тебя отказались все’.

За отличие в первой же битве Петр назначает его бригадным генералом, поручив под его начало до трех тысяч всадников.

Взятый в плен, он сохраняет мужество. Героически переносит суд и пытки, не выдав никого из товарищей, не пытаясь облегчить свою участь предательством. Укрепляет и старого отца, который также сражался на стороне Петра III...
‘Не знаю никакого Пугачева. Не видел я его лица. Пришел к нам с Дона. Кто он, казак или царь? Да все равно. Батыр он, богатырь русский. За народ, против чиновников, бар и бояр. Свободу нам несет. С ним будем мы отныне виться как птицы в небе и плавать как рыбы в воде!’

       
Заново надо перелистать русскую историю, очистить ее от фантомов и привнесений. Т.н. ‘научные труды’, состряпанные по указке Екатерины, окрестили пугачевскую войну крестьянским восстанием: мол, рабы взбунтовались и были разбиты…

В действительности шла война Гипербореи против Московского царства, и война эта никогда не прекращалась. Староверы, христоверы, христы, богородицы, люди добрые сражались с мальомами, злыми ‘инсектами’. А девизом им был афоризм, известный еще духовности древних эллинов: ‘Раб – тот, кто готов поступиться свободой перед лицом страха смерти’.
Свобода (не социальная, а духовная категория!) ценилась превыше всего, поскольку отождествлялась с добрым Отцом. Какое может быть рабство у Того, кто добр и не причастен злу? Какой закон? Доброта свободна. Любовь свободна. Лишь зло влечет рабство.
Свобода в гиперборейском менталитете почиталась равной Миннэ и ценилась выше жизни. Рабу недоступна проявленность божества во внутреннем, что составляет единственную цель человека на земле. Раб не может умножаться и жить вечно. И напротив, свободный, жертвуя жизнью во имя высоких идеалов, пресуществляется в ближних и становится бессмертным.
     
   
Из книги Блаженного Иоанна "Династия деспозинов на русском престоле"

                                                                                      заказать  здесь   здесь

Перейти в раздел СТАТЬИ: БОГОМИЛЬСКИЕ СВЯТЫЕ