Феодосия Морозова. Подвиг чистой любви

 

Блаженный Иоанн Богомил

  

     Родом матушка Феодосия Морозова (урожденная  Соковнина) из семьи староверов-теогамитов, начисто отрицавших византийский вариант «моисеева законодательства».  Весь род Соковниных — братья Алексей, Федор, сестры Феодосия и Евдокия — от отца своего Прокопия унаследовали славянскую теогамическую веру.

     О Христе знала Феодосия Прокорьевна не понаслышке, не от «поповской черноты», – от родственников своих. Мечтала пребывать в уделе Его невесты... Постриг приняла тайный, как повелось издавна в катакомбной ветви. Ее духовный старец Досифей приехал ради тайного пострига накануне ареста блаженной матушки Феодосии.

     За неотмирский нрав наделила Премудрость Феодосию глубочайшим знанием Христа и таинств Его.

"Пир у боярина Морозова" (худ.Конст.Маковский)
"Пир у боярина Морозова" (худ.Конст.Маковский)

       

     Фрейлина царицы Марии Ильиничны

     Милославские, близкие родственники Соковниных, находились в тайном общении с заволжскими старцами. (Милославские — от «мил человек» (боном), добрые люди Святой Руси).

   Феодосия Прокопьевна – «приезжая боярыня»  царицы Марии Ильиничны (Милославской), первой жены Алексея Михайловича. Царицу с ее любимой фрейлиной связывают сердечные узы. Обе души не чают друг в друге. Проводят целые часы в чтении книг и божественных беседах. Удалившись в царские покои подолгу пребывают в молитвенном мире и тиши.

 

    Феодосия – красавица, какой земля не знала. Богатейшая наследница (более 7000 дворов — по тем временам само по себе целое царство). Каждого из слуг знает в лицо и называет братом или сыном.

     Благодарные слуги, что в присутствии боярыни находятся как в Царствии, обожают ее ответно, готовы по одному слову ее пойти на смерть, считают великой помазанницей, называют своею малою богородицей.

* * *     

         Тайна непорочного зачатия

     Духом Святым отстаивали староверы (теогамиты) концептуал Непорочного зачатия. Для них оно было святыней и тайной большей, чем зачатие Божией Матери само по себе. Верили в зачатие от Отца. Верили в зачатие без первородного греха от Христа и Божией Матери. Непорочное зачатие – тайна инкарнации помазанника. Оно возможно. И не только для двух Маслин Брачного чертога – Христа и Божией Матери, но и для невест христовых.

     От отцов-теогамитов усвоила Феодосия Проковьевна равнодушие к сокровищам мира сего. И что ж, что у неё дворец первый в Европе, и сватаются  к ней вельможи литовские, да сам король польский  за честь счёл бы видеть её королевой в своем дворце? Ни во что не ставит честная боярыня эту «бряцающую медь». Во дворе её замка ходят павы с павлинами да экзотическими животные. А Феодосия мужу кланяется и спешит с нищими да с каликами перехожими пиршествовать – трапезу Христову разделять.

      Знали  отцы наши и хранили догмат о непорочном зачатии как никакой другой. Вернее, не догмат, а тайну. С этой великой тайной о том, что человек зачинается непорочно свыше, шли они на костёр.

* * *

     Любит народ боярыню Морозову за бесстрашие ее веры, за великое сердце. Видит  в матушке свою заступницу. И полностью разделяет ее равнодушие к византийской «масти», к поповщине.

     Попы же (за принадлежность к теогамической ветви) платят ей ненавистью и ждут часа, чтобы посадить в острог, подвергнуть лютым пыткам и сломать.

     «Никогда не ищи мученичества самовольно, – наставляет Феодосию старец Досифей. – Жених в свой час призовет тебя к Брачному одру. Тогда удостоишься великой чести. И познаешь силу любви Его, и взойдешь на Брачный одр к Возлюбленному своему».

    Боярыня Морозова готовится к подвигу. Она жаждет. Руки ее сплетают венцы, вяжут одежды для ближних и бедных, а душа занимается тем, что на Святой Руси называлось подвигом «плача о возлюбленном Женихе».

 

    Вскоре умирает ближайшая  царица-подруга (предполагают придворное отравление). И боярыня  Морозова отказывается присутствовать на новой свадьбе царя,  что воспринимается как личное оскорбление царя и требует наказания. Феодосия Морозова понимает, что начинается время ее подвига, время Брачного чертога.

    Начинается страстное, мученический период.

    Подолгу ее держат в остроге, морят голодом, дымом, применяют страшные пытки уже тогда бывшие в широком ходу.

* * *

Страстное

     Долго готовилась матушка наша Феодосия Прокопьевна к своему костру.

     Но не в огонь сруба вошла она.  Жар был не меньший – при минус 30 умирала в монастырской пустыне. В помойной яме, проклинаемая всеми, к Огненной свадьбе готовилась.

    Патриарх Иоаким в лице боярыни Морозовой пытает саму Богородицу. Царь дал согласие репрессировать её как раскольницу и сектантку.

     В злобе врывается патриарх во дворец Морозовых, пользуясь тем, что боярина Глеба  давно нет в живых и никто не может защитить боярыню. Когда  Феодосия Прокопьевна в праведном гневе говорит ему: «Не упраздняй, злодей, Святой Руси, девы исконно  вечной!» – приказывает прямо в палатах подвергнуть боярыню страшным пыткам.

     Её лицо стягивают кожаными ремнями как намордником, затем за ошейник тащат на веревке «яко пса  за выю» по 50-ти ступеням лестницы её роскошного дворца с мраморным, как у шляхтичей – «потентатов», полом в серо-пепельных мраморных узорах... Помнила, как все  ступеньки головушкой сосчитала, пометив их кровью своей.

    «В сруб её! В сруб её!» – остервенело, с пеной на устах кричал апоплексичный Иоаким.  Надолго запомнит она это  «В сруб» (т.е. на следующий день – на костёр)...

* * *

    Это уже позднее фальсификаторы от церковной истории отождествили  боярыню Морозову со старообрядцами. Художник Суриков во избежании цензурных трений изобразил её фанатичкой, летящей черной вороной на санях с какими-то  адовыми проклятиями в адрес не-поймёшь-кого. Нет ничего оскорбительнее для матушки нашей Феодосии Прокопьевны – богородицы Святой Руси, сладчайшей старицы, расписной красы российской, умнейшей умных, добрейших добрых, чистейшей чистых, светящейся насквозь.

     Суриковское «Утро стрелецкой казни» из той же серии, что и его «Боярыня Морозова» – казнь теогамитов, казнь богородицы на Лобном месте.

* * *     

     Матушка Феодосия пренебрегла роскошью и богатством своего мужа и стала невестою  Царской. В ней пребывала сама Божия Матерь. Как и Богоматерь, потеряла сына своего Ивана. 22-летний в нежной любви воспитанный юноша не выдержал разлучения с матерью. Не выдержал рассказов о пытках ее и скончался.  Как страдала мать в остроге, как сокрушалась!  Рыдала днем и ночью так, что плач её по всей Руси был слышен. Даже стражи не могли сдержать слёз своих.

     И братья  её Алексей и Федор Соковнины (что остались ей верны) примут смерть не за двуперстное  крестное  знамение  и не за «сугубую аллилуйю», а за непорочное зачатие – от него архетип Святой Руси, чистой девы. Федора  сошлют прочь из Москвы, и вскоре не станет его. Алексей Соковнин будет обезглавлен на плахе 4 марта 1697 года на Красной площади вместе с другими стрельцами и другом своим полковником Иваном Цыклером...

 

     Прогремит еще слава боярыни Морозовой. Царствует сегодня она среди помазанников  огненной иерархии Соловецкой. Сердце ее печалится о судьбе России. Чает видеть ее воскресшей птицей Феникс, набравшейся силы от мученических скорбей и стонов и просиявшей в славе нашего Отца.

 

По материалам книги блаженного Иоанна «Аутентичные лики истории»

(вернуться в раздел СТАТЬИ)