Музыкант. Духовное сердце. Священнодействие

Блаженный Иоанн Богомил (Иоанн Береславский)
Блаженный Иоанн Богомил (Иоанн Береславский)

        Центр музыканта – духовное сердце. Оно имеет свою архитектонику. Это замок Китеж-града, в котором 144 прекрасных белых палаты, и в каждой звучит своя музыка.

Руки выходят из духовного сердца, являются его проводниками. Когда играет духовное сердце, перед вами – настоящий музыкант.

Если музыкант приближается к своему священнодейственному алтарю вне изобилующей духовности и Миннэ, вне концептуалов и концепций, если ему нечего сказать, то выходит брехня, пустословие

*

Средневековые барды, калики перехожие, достигали гармонии духовного и художественного порядка. Их духовность выплескивалась в музыкальные опусы, а музыкальные опусы восходили к духовным архетипическим столпам.

Искусство миннезанга выродилось, когда музыка стала отождествляться с порядком римской литургии – крестом, иконкой и молитвой, а не с чистотой духа и лестницей восхождения.

   *

Любой музыкальный инструмент, будь то фортепиано, скрипка, саксофон, должен стать орфеоном. Прикосновение к струне, клавише священно. Ему должно предшествоватькасание орфеевой гармонии.

Вначале озвучь внутри, а потом садись за инструмент. Внешнему исполнению должно предшествовать внутреннее открытие, внутренний слух – тогда начинается священнодействие: включается Божество, и исполнитель становится его живым музыкальным инструментом.

Тайна исполнителя в том, что он сам должен стать живым инструментом Божества. Только тогда музыкальный инструмент покоряется ему.

Когда я пишу – играю по невидимой клавиатуре. Когда касаюсь клавиш инструмента, слышу диктуемый мне текст.

 

Тысячи вибрационных шкал

 Техника – не беглость пальцев и не громкость, которые сегодня можно и компьютерно смоделировать, а извлечение звука.

Существует только техника туше, техника касания.

Пианистам нужно знать, что клавишный потенциал профессиональных инструментов(*) включает не меньше тысячи вибрационных шкал! Современным музыкантам доступно не больше 50-ти. Инструмент знают на 1/20!!!

Исполнители даже не предполагают, какие спектры способен дать инструмент, как много можно извлечь чисто вибрационно(!), тонально. Для этого должно звучать сердце, должен говорить внутренний человек. Нужно знать, что вкладывать в исполнение.

Техника = извлечение мистической тональности, божественная речь.

 *

Источником музыкальных вибраций и импульсов является Миннэ

Музыка абсолютно не от мира сего. Она от иных цивилизаций, от иных существ.

Музыка – величайшая говорящая тайна, столь великая, что избирает язык музыкального священнословия,тонального священнодействия, а не вульгаризированный слог придворных поэтов.

*

Неотмирскость приводит к доминанте девства и святости. Не случайно неотмирская Юдина была святой, хотя и юродивой. Облекалась в траурные монашеские ризы. И Генрих Нейгауз в своих автобиографических записках, опубликованных посмертно, высказывался, что хотел бы стать святым(**)

Миннэ избыточествующе расположена к девственникам. Потому Моцарт, при всех своих скабрезных шуточках, на мой взгляд, девственен; Бетховен и Чайковский – девственны. Три моих обожаемых музыкальных менестреля были девственниками.

*

Блаженный Иоанн Богомил (Иоанн Береславский)
Блаженный Иоанн Богомил (Иоанн Береславский)

Композитор хочет, чтобы музыку не исполнили, а открыли

Играть можно только впервые, открывая для себя и для человечества. Всякая сфера вибрирует динамично и каждый раз неповторимо. При следующем исполнении она будет совершенно иной.

‘Нельзя дважды войти в один поток’, говорит Гераклит. Так же нельзя дважды исполнить одну и ту же музыкальную фразу.

В музыке вообще существуют только первопроходцы и второсортные ремесленники. Композитор хочет, чтобы музыку не исполнили, а открыли – впервые, как она была открыта ему. Должен найтись кто-то подобный ему, душа равная в помазании.

Музыка бывает только впервые или никакая: ее невозможно повторить.

*

 

Инструмент сокровенный алтарь

Вы можете дотронуться до него, когда сердце наполнено и вам есть что сказать людям, миру, Богу. Если нет – бесполезно открывать рот или нажимать клавиши. Если игра ни о чем не говорит, получается вакуум, пустота. Абсолютно недопустимо! Инструмент – алтарь, а вы – священник, желающий что-то поведать людям. Истинно верующий человек, в противоположность фарисею, открывает свое сердце и просит за других, разговаривает с Богом.

Мои концептуалы архетипичны и универсальны: превосходящая любовь, доброта, милосердие. Я вкладываю их в игру, и поэтому моя музыка трогает человеческие души.

Исполнитель не должен слепо следовать нотам или штампам музыкального исполнения.

Написано два пиано, а я играю два форте. В этом я последователь М.В.Юдиной.

Мой учитель, величайший Г.  Нейгауз, и тот оказался музыкальным фарисеем. Однажды в годы войны пришел к Юдиной после ее выступления:

Мария Вениаминовна, вы сошли с ума! Что вы делаете?! Написано четыре пиано, а вы играете четыре форте.

Она ответила гениально:

СЕЙЧАС ВОЙНА!

Слушатель слушает не исполнителя и не Моцарта, а внимает Божеству и озвучивает по-своему во внутренних музыкальных замках.

Новый подход к музыке разрушит музыкальный раввинизм в лауреатских фарисейских штампах – техника, мышиная беготня пальцев.

 

-----------------------------------------------------------------

 

– Например, Реtrof, или профессиональный Веchstein современной немецкой выработки, или Steinway.Авт.

** – 'Я хотел бы быть святым в самом старом и самом новом смысле этого слова (Г. Нейгауз).

 

 

Из книги блаженного Иоанна ‘Фортепиано как Орфеон’

 (вернуться в раздел СТАТЬИ)