Атлантида – цивилизация Миннэ

 

       Премудрость блаженному Иоанну Богомилу:

 

       Как бесследно стерта память о солнечных свитках Атлантиды!

Божественные поэты перевраны, поняты превратно. Атлантические свитки переписаны, переделаны на противоположное. Божественные поэмы, читаемые чистыми очами, перевели в литературные гиперболические мифы. Подобно иудейскому Пятикнижию в варианте Маккавеев, из атлантических поэм и мистических сказаний (отражающих цивилизацию Миннэ), изъят элемент чистой любви. Искусственно подменен похотливым, человеческим.

 

Кладовая Миннэ опустошена, вывернута наизнанку, опошлена, осквернена. Катастрофа!
Исторический треугольник Афины-Рим-Иерусалим – кривое зеркало атлантической Миннэ. Божественная поэма устами древнего змея Пифона, побежденного солнечным Гермесом-Трисмегистом Атлантиды, Христом Атлантиды Аполлоном. Озление, одьяволение...

 

Пифон – в переводе 'растление', 'гниение заживо', 'загнившие останки'. Так архонты Атлантиды называют греко-римскую мифологию, претерпевшую такое же чудовищное искажение, как другая мифологи­ческая культура – еврейская.

*

В Афинах фарисейство процветало не в меньшей степени, чем в Иерусалиме. Змей вытравил из человека следы Миннэ, наведя греко-римскую мифологическую порчу.

Общее между ними: непорочная плерома, белая пыльца и девственная чистота Отца осквернены привнесениями похоти, зла, смерти, растления и ненависти. Память о предыдущей солнечной богоцивилизации, атлантической Аве Марии стерта!

На совести греков и римлян грех, равный вине Маккавеев перед лицом Всевышнего: подвергли искажению атлантические свитки. Переделанные под люциферианский архетип, божества, герои и человеки воспринимаются очами дьявола.

     

Строение человека было иным! Персонажи Атлантиды, принадлежащие к пантеону высших богов, изумительно непорочны – пренепорочны. Юпитер, Юнона, Гиацинт, Кипарис – ни один из героев греческих сказаний происхождением от атлантических мифов не может быть понят в категориях кривых зеркал.

 

Высшие божества атлантического пантеона знали брань с князем мира сего. Какой бы образ ни принимали негативные персонажи (Тифон, Пифон, химеры) – всегда оказывались побежденными. В поэме Иоанна Богослова о конце времен ('Апокалипсис') луна простерта под ногами Жены Облеченной в Солнце; побежденный дракон, смиренно вращая глазами, подчиняется воле блистательной солнечной Госпожи.

Необходимо безущербное зерцало. Необходимо восстанавливающее реставрационное письмо Святой Чаши. Необходим белый экран. Необходимо прозрение.

 

Всеобщее солнечное затмение

Миннэ ушла из мира, поскольку Демиургу удалось перелепить че­ловека, фиксировав его на генитальной сфере. Вслед за божественным умом (видение воочию Всевышнего чистой любви) запечатано духовное сердце – сокровищница даров Нашего Всевышнего. В современном хомо сапиенсе оно почти полностью скрыто. Вместе с Миннэ, царицей Богоцивилизации, в морскую сферу ушел Грааль Атлантиды.

Божественная Чаша заменена на чашу полную мерзостей, упояющую ядовитым вином растления. Закрытие сердечного храма – катастрофа, равная гибели цивилизации: выпадение из божественного архетипа. Три с половиной тысячи лет человечество питается из чаши Люцифера. Как атомные грибы плодятся мегаполисы, населяемые мутированными муравьями...

Фаллоцентрический адамит, искаженный и одьяволенный богочеловек – жалкая карикатура на богочеловеческий Грааль. Обреченный – ему не понять языка цивилизации Миннэ. Его влечет к городским маг­нитам, привлекает запах скверны и помойки. Чистота его отталкивает, как нечто бессмысленное и пустое. Существо выродившееся, утратившее свое призвание, потерявшее миссию и выпавшее из архетипа...

Вот уже три с половиной тысячелетия после ухода Миннэ в мор­скую атлантическую Аве Марию длится всеобщее солнечное затмение. Последняя цивилизация не выходит из мрака, несмотря на Зороастра, Будду, евангельского Христа, Мани и прочих истинных пророков.

 

* * *

Блаженный Иоанн:

 

      Пишут письма скорбные, отчаянные... Не открыта им Миннэ! И напротив, радостные – несмотря на непростые обстоятельства водимы вышнею любовью.

Лукавый стесняет внутреннее существо, не дает Миннэ проходу не только на земле, но и во внутреннем. Теснит ее страхами, помыслами, загоняет в угол...

Ученик должен высвободить для нее внутреннее пространство! Признать ее единственную власть над душой, покориться ей всем су­ществом без остатка. Понимать, что она как Царица проницает все бы­тие. Что ни сотворит Мать жизни – во благо.

Множеством 'иудейских пустынь' проведет Миннэ, но потом ода­рит с лихвой. Стократ воздаст. От искушений, от мрачных пустынь и ураганных вихрей пользы больше, чем от сытого застоя. Блаженство, даруемое ею, несравнимо с похотными кайфами.

Время цивилизации изощренного порно, эротики и содомизма за­канчивается. Наступает век Миннэ! В мир идут души с непорочной меткой на челе. Только Миннэ привлечет их как солнечное божество, достойное почитания и поклонения, несущее истинную радость!

Такова светло-промыслительная картина конечного торжества Миннэ в мировой истории и богочеловечестве.

 

 

Из книги блаженного Иоанна  ‘Роза серафитов

 

(вернуться в раздел ОТКРОВЕНИЯ)